Супруги Ануфриевы, Михолап и Чернобаевы в «аквариуме» - так называется камера, где подсудимых содержат во время судебного заседания.
Супруги Ануфриевы, Михолап и Чернобаевы в «аквариуме» - так называется камера, где подсудимых содержат во время судебного заседания.
В Кстове сразу три семьи Свидетелей Иеговы получили длительные сроки лишения свободы
Нижегородская область16 ноября 2026 года судья Кстовского городского суда Сергей Евдокимов признал виновными в экстремизме три семейные пары Свидетелей Иеговы. Владимир Ануфриев, Андрей Михолап и Виктор Чернобаев приговорены к 7,5 годам, а их жены — к 3 годам и 10 месяцам колонии общего режима. При задержании Виктор и Алёна Чернобаевы подвергались побоям со стороны силовиков, должного расследования по этому поводу так и не было.
К моменту приговора верующие провели за решеткой больше двух лет. Супруги могли видеться лишь изредка: единственным местом встречи оставался зал заседаний. «Особенно тяжело мне было переживать разлуку с близкими людьми, — сказала в последнем слове Оксана Михолап. — За время нахождения под стражей я лишилась возможности обнять своих родных, поддержать родителей, быть рядом с мужем в трудные моменты жизни». Владимир Ануфриев на одном из заседаний попросил слова, чтобы сказать своей жене лишь одну фразу: «Настя, я тебя очень люблю!»
Судебный процесс длился более года. В основу обвинения легли аудио- и видеозаписи богослужений, которые негласно велись в течение нескольких месяцев, а также показания тайных свидетелей, один из которых умер, не успев выступить в суде. Во время допроса другого свидетеля, оперативника С. Фролова, супруги Чернобаевы заявили, что именно он избивал их во время обыска у них дома летом 2024 года. В марте 2026 года, когда дело слушалось в суде, Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям в Мнении № 30/2026 признала содержание под стражей верующих незаконным. Защита представила суду мнение международной организации, однако судья Евдокимов заявил, что этот документ Кстовский горсуд ни к чему не обязывает.
В СИЗО верующие заслужили уважение сотрудников администрации и других заключенных. Сокамерницы Анастасии Ануфриевой отмечали, что рядом с ней в камере стало спокойнее, а две женщины бросили курить. Место возле кровати Оксаны заключенные называли «тихим божественным уголком». Алёну Чернобаеву в камере прозвали «Цветочек» и говорили, что с ее появлением стало меньше ссор. Сотрудник изолятора как-то пошутил об Анастасии, Оксане и Алёне: «Это моя любимая банда».
В феврале 2026 года, пока Оксана находилась под стражей, в доме ее пожилых родителей произошел пожар, в результате чего они оказались в ожоговом центре, а отчим вскоре умер в больнице. Несмотря на такие обстоятельства, Оксане неоднократно отказывали в ходатайствах об освобождении из-под стражи.
Длительное тюремное заключение отразилось на здоровье верующих. У Владимира Ануфриева частые этапирования привели к травме спины, также у него ощутимо ухудшилось зрение. Анастасия страдала от обострения хронического заболевания и долгое время не получала нужных лекарств. У Андрея Михолапа из-за неправильного питания регулярно обострялся гастрит.
Нижегородская область входит в число российских регионов с большим числом уголовных дел против Свидетелей Иеговы: помимо кстовского, здесь возбуждено свыше десяти дел — в Нижнем Новгороде, Павлове и Шахунье. Большинство из них завершились обвинительными приговорами, несколько находятся на стадии рассмотрения.






