Свидетели Иеговы просят Верховный суд признать действия Минюста политическими репрессиями

Верховный суд России

Попытка полного запрета Свидетелей Иеговы в России

Беспрецедентный иск был подан 30 марта 2017 года в Верховный суд России: признать действия Министерства юстиции против религии Свидетелей Иеговы политическими репрессиями. Обстоятельный и обоснованный, данный иск является встречным по отношению к иску Минюста от 15 марта 2017 года, в котором ведомство просит запретить и признать экстремистским «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России», а также все 395 местных организаций этой религии на территории России.

Действия Минюста обладают всеми признаками политических репрессий — с точки зрения российского и международного права. Они нарушают статью 18, а также 9 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В России понятие репрессий определяется законом «О реабилитации жертв политических репрессий». К репрессиям относятся политически мотивированные действия органов власти по ограничению прав и свобод граждан, признаваемых опасными для государства, в том числе, по религиозному признаку.

Иск Минюста нацелен на объединения граждан, отобранные исключительно по признаку исповедания вероучения Свидетелей Иеговы.

Анализ действий Минюста в отношении Свидетелей Иеговы свидетельствует о произволе и дискриминации. К примеру, подчиненные Минюсту лаборатории и центры судебной экспертизы приходили к диаметрально противоположным выводам о наличии или отсутствии в одних и тех же публикациях Свидетелей Иеговы признаков «экстремизма». Такое противоречие само по себе свидетельствует о недопустимой ущербности методик. Но, вместо того чтобы стремиться к установлению истины, обеспечивая единство и последовательность собственных экспертных выводов, Минюст пользовался в судах только теми выводами, которые приводили к признанию книг Свидетелей Иеговы «экстремистскими», а впоследствии к признанию «экстремистскими» их организаций.

В иске приводятся многочисленные факты, свидетельствующие о том, что преследование Свидетелей Иеговы является политически мотивированным.

Верующие религии Свидетелей Иеговы уже были признаны жертвами политических репрессий — указом Президента РФ «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий». Российское законодательство осудило многолетний террор и массовые преследования Свидетелей Иеговы как несовместимые с идеей права и справедливости, выразило глубокое сочувствие жертвам необоснованных репрессий, их родным и близким и заявило о неуклонном стремлении добиваться реальных гарантий обеспечения законности и прав человека.

Верховный суд России приступит к рассмотрению иска 5 апреля 2017 года.

Текст встречного административного искового заявления по административному делу АКПИ17-238. Подано в Верховный Суд Российской Федерации 30 марта 2017 года. Административный истец — Религиозная организация «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России». Административный ответчик — Министерство юстиции Российской Федерации.

ВСТРЕЧНОЕ АДМИНИСТРАТИВНОЕ ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

об оспаривании действий (бездействия) органа государственной власти

Обжалуемые действия (бездействие), обстоятельства их совершения и иные известные данные в отношении оспариваемых действий (бездействия), условия принятия встречного административного искового заявления

I. Факты и юридическое обоснование встречного административного искового заявления

  1. 15.03.2017 г. по адресу Москва, ул. Поварская, 15 Минюст России направил в Верховный Суд РФ административное исковое заявление № 11-29821/17 о ликвидации и признании экстремистской централизованной религиозной организации – Религиозная организация «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России» (далее – Религиозная организация), и входящих в ее структуру местных религиозных организаций.
  2. В то же время действия Минюста России, направленные на ликвидацию Религиозной организации и признание ее экстремистской, а также его бездействие, выразившееся в отсутствии должной проверки обстоятельств незаконного преследования Религиозной организации и верующих соответствующей конфессии, обладают всеми признаками политических репрессий, поэтому подлежат признанию незаконными, что исключает полностью удовлетворение первоначального административного искового заявления Минюста России.
  3. Проверка обстоятельств того, законны ли действия Минюста России и подлежит ли Религиозная организация ликвидации и признанию экстремистской, взаимосвязано с исследованием обстоятельств, свидетельствующих, что Религиозная организация является жертвой политических репрессий, которой судом должна быть предоставлена защита, поэтому их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному разрешению спора, возникшего из административных и иных публичных правоотношений.
  4. Таким образом, имеются условия принятия встречного административного искового заявления, предусмотренные п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 131 КАС РФ, которая устанавливает: «Принятие административного искового заявления в качестве встречного административного искового заявления допускается при выполнении одного из следующих условий: 1) между встречным и первоначальным административными исковыми заявлениями имеется взаимосвязь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному разрешению спора, возникшего из административных и иных публичных правоотношений; 2) удовлетворение встречного административного искового заявления исключает полностью или в части удовлетворение первоначального административного искового заявления; 3) встречное требование направлено к зачету первоначального требования».
  5. В силу ч. ч. 2 и 3 ст. 131 КАС РФ до принятия судом первой инстанции судебного акта, которым завершается рассмотрение административного дела по существу, административный ответчик может предъявить административному истцу встречное административное исковое заявление для рассмотрения его совместно с первоначальным административным исковым заявлением. Подача встречного административного искового заявления осуществляется по общим правилам предъявления административных исковых заявлений.
  6. Обжалуемая совокупность действий Минюста России, направленных на ликвидацию Религиозной организации и признание ее экстремистской, декларирует свою цель как укрепление законности и предупреждение нарушений государственной и общественной безопасности, защита прав и свобод человека и граждан, а также противодействие экстремистской деятельности. Но истинной целью таких действий являются политические репрессии Религиозной организации и верующих Свидетелей Иеговы России в целом.

II. Доказательства применения политических репрессий, нарушающих ст. 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, взятую совместно со ст. ст. 9 и 6 Конвенции

  1. Согласно ст. 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ограничения, допускаемые в настоящей Конвенции в отношении указанных в ней прав и свобод, не должны применяться для иных целей, нежели те, для которых они были предусмотрены. Поэтому политически мотивированное преследование является незаконным.
  2. В Постановлении от 14.06.2016 г. по делу «Мерабишвили (Merabishvili) против Грузии» (жалоба № 72508/13, §100) Европейский Суд по правам человека признал:

    – «Как закреплено в предыдущих правовых позициях Суда, вся структура Конвенции основана на общем предположении о том, что публичные власти в государствах-участниках действуют добросовестно. В то же время любая общественная политика или индивидуальная мера может иметь "скрытые планы", и презумпция добросовестности является опровержимой. В то же время заявитель, утверждающий, что его права и свободы ограничены по ненадлежащим мотивам, должен убедительно доказать, что реальная цель властей расходилась с провозглашенной или той, которая может быть разумно выведена из контекста. Одно лишь подозрение в том, что власти использовали свои полномочия для некой иной цели по отношению к тем, которые определены в Конвенции, не является достаточным для доказывания нарушения статьи 18 Конвенции (см. Постановление по делу «Ходорковский…» приведенное выше, § 255)».

  3. Доказательства таких политических репрессий, направленных против Свидетелей Иеговы, неопровержимы.

а) Доказательства, основанные на эмпирических данных и политическом контексте

  1. Свидетели Иеговы были мишенью суровых политических репрессий во времена мрачной эпохи чисток, начиная с 1948 г. и до времени падения коммунизма.
  2. Так, например, Записка № 877-А/ОВ председателя КГБ СССР Ю. В. Андропова Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу «Отчет о работе Комитета государственной безопасности за 1980 год» от 31.03.1981 г. подтверждает указанные обстоятельства и содержит следующие сведения: «Ликвидированы экстремистские группировки секты "Свидетели Иеговы". Вскрыты и ликвидированы созданные церковниками и сектантами 6 нелегальных типографий, 19 печатных точек, более 30 перевалочных баз, складов, переплетных и наборных цехов»[1].
  3. Несколько лет спустя Закон РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» [2] от 18.10.1991 г. № 1761-1 и Указ Президента РФ «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий» от 14.03.1996 г. № 378 подтвердили, что в годы СССР верующие Свидетели Иеговы подвергались уголовному преследованию неправомерно и были реабилитированы как жертвы политических репрессий.
  4. Так Закон РСФСР от 18.10.1991 г. № 1761-1 констатировал, что за годы Советской власти миллионы людей стали жертвами произвола тоталитарного государства, подверглись репрессиям за религиозные убеждения. Закон осудил многолетний террор и массовые преследования своего народа как несовместимые с идеей права и справедливости, выразил глубокое сочувствие жертвам необоснованных репрессий, их родным и близким и заявил о неуклонном стремлении добиваться реальных гарантий обеспечения законности и прав человека. Статья 5 закона реабилитировала лиц, осужденных за «антисоветскую агитацию и пропаганду; распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный или общественный строй; нарушение законов об отделение церкви от государства и школы от церкви», ‑ что чаще всего и инкриминировали Свидетелям Иеговы. А Указ Президента РФ от 14.03.1996 г. № 378 осудил «многолетний террор, развязанный большевистским партийно-советским режимом в отношении священнослужителей и верующих всех конфессий».
  5. Указ Президента РФ от 14.03.1996 г. № 378 обязал Генеральную прокуратуру Российской Федерации совместно с ФСБ России, МВД РФ осуществить реабилитацию граждан России, которые были необоснованно обвинены в политических, государственных и уголовных преступлениях, лишались свободы, подвергались иным лишениям и ограничениям прав в связи с их религиозной деятельностью и убеждениями, и возложил на Правительство РФ, другие федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления обязанность оказывать помощь верующим в восстановлении культовых зданий, возврате имущества, изъятого из церквей, мечетей, синагог, других культовых учреждений. Таким образом, поскольку в силу п. 1 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 г. № 1313, Минюст России является федеральным органом исполнительной власти, то он как федеральный орган исполнительной власти был обязан содействовать реабилитации Свидетелей Иеговы.
  6. Однако вместо того чтобы реабилитировать Свидетелей Иеговы, власти вновь устроили обширную кампанию репрессий с целью запретить их религиозную деятельность.
  7. Это осуществляется за счет того, что навешивание на последователей религии Свидетелей Иеговы ярлыка экстремистов с целью преследования отдельных верующих, прекращения деятельности их объединений и устранения возможности распространения религиозной литературы остается одним из методов политических репрессий.
  8. В течение более 15 лет Свидетели Иеговы в России в целом и Религиозная организация, в частности, снова сталкиваются с тем же лишением и ограничением прав и свобод по мнимому мотиву социальной опасности, опасности для государственного строя по религиозному признаку. Фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что после распада СССР указанные выше меры политических репрессий продолжают применяться к Свидетелям Иеговы, а уполномоченные органы, в том числе Минюст России, бездействуют. Они не проводят должной проверки причин и условий, по которым к Свидетелям Иеговы продолжает применяться ярлык экстремизма, преследуются отдельные верующие, ликвидируются религиозные объединения, создаются препятствия в распространении религиозной литературы.
  9. Власти не могли игнорировать унижающий достоинство и произвольный характер их отношения, так как предупреждения о таких нарушениях поступали из различных источников и должностных лиц. 20.01.2010 г. десятки правозащитников, в том числе представители Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в РФ, Совета при Президенте РФ по содействию развития институтов гражданского общества и правам человека, общества «Мемориал» и др., опубликовали открытое заявление «Преследования Свидетелей Иеговы в России: реабилитированные снова подвергаются репрессиям». В нем было указано: «Свидетели Иеговы были жертвами преступного государственного насилия и в гитлеровской Германии, и в СССР. Тысячи семей советское государство подвергло ссылке в Сибирь и Казахстан, множество верующих было арестовано и прошло через лагеря за принадлежность к "изуверской антисоветской секте". После принятия в 1991 году Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" Свидетели Иеговы были реабилитированы. Закон объявил судебные и внесудебные преследования Свидетелей Иеговы произволом тоталитарного государства. Тот Закон не отменен. Но верующих, среди которых многие имеют удостоверение реабилитированных, вновь тащат в суд». Правозащитники призвали использовать все имеющиеся правовые возможности для прекращения расправы над верующими гражданами России, выступить гарантом их религиозной свободы, обжаловать в порядке надзора неправосудные судебные решения в отношении Свидетелей Иеговы, приложить усилия к прекращению государственной травли религиозных меньшинств.
  10. 22.10.2012 г. открытое обращение Московской Хельсинской Группы и других правозащитников показало, что верующих преследуют лишь за веру. В нем содержалась просьба защитить конституционное право на свободу вероисповедания и равенство религиозных объединений перед законом и принять меры по восстановлению прав граждан Российской Федерации, подвергаемых преследованию за религиозные убеждения.
  11. 02.10.2012 г. Парламентская Ассамблея Совета Европы обратилась к российским властям с просьбой «впредь не применять Закон "О противодействии экстремистской деятельности" к каким-либо религиозным группам, особенно к Свидетелям Иеговы» (п. 25.31 Резолюции 1896 (2012)).
  12. Комитет по правам человека ООН в заключительных выводах по седьмому периодическому отчету в отношении Российской Федерации, опубликованных 31.03.2015 г., выразил озабоченность многочисленными сообщениями о том, что закон «О противодействии экстремистской деятельности» все в большей степени применяется для ограничения свободы вероисповедания, включая Свидетелей Иеговы (п. 20)[3]. И согласно «Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации» № 1(2015), утвержденному 04.03.2015 г. Президиумом Верховного Суда РФ, правовые позиции, сформулированные Комитетом по правам человека ООН, необходимо учитывать при разрешении конкретных дел.
  13. Но никаких мер Минюстом России и иными государственными органами предпринято не было. Таким образом, в настоящем деле государственные власти и Минюст России, в первую очередь, недвусмысленно сопротивляются неоднократным призывам Религиозной организации, общественности и даже некоторых высокопоставленных государственных служащих об объективном и тщательном расследовании причин применения к Свидетелям Иеговы законодательства о противодействии экстремистской деятельности. Поэтому и в настоящем деле можно утверждать, что применяемые к Религиозной организации меры являются не средством правомерного реагирования на его поведение, но средством намеренного политического преследования.
  14. В свете эмпирических данных, власти, таким образом, были хорошо осведомлены о несправедливом обращении со Свидетелями Иеговы во времена мрачной эпохи преследования, когда власти внедряли «скрытые планы» для ликвидации и уничтожения Свидетелей Иеговы.
  15. Поведение властей в настоящее время аналогично политическим репрессиям прошлого и, следовательно, непростительно, так как власти не могут игнорировать сугубо незаконный характер их нарушений. Следовательно, любое действие или бездействие, допускающее, чтобы такое религиозное преследование продолжалось, осуществляется с полным пониманием и намерением незаконно подавить этих верующих и унизить их достоинство.

б) Доказательства, основанные на расплывчатом и произвольном использовании оценки термина «экстремизм» как средства запрета Свидетелей Иеговы

  1. Государственные власти прибегли к использованию термина «экстремизм» по отношению к Свидетелям Иеговы, хотя они хорошо осведомлены, что такое понятие ни в коем случае не применимо к ним.
  2. Например, в Определении от 02.07.2013 г. № 1053-О Конституционный Суд РФ указал, что, «применяя положения пунктов 1 и 3 статьи 1 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности", суды обязаны исходить из того, что обязательным признаком указанной разновидности экстремизма (экстремистских материалов) является явное или завуалированное противоречие соответствующих действий (документов) конституционным запретам возбуждения ненависти и вражды, разжигания розни и пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, наличие которого должно определяться с учетом всех значимых обстоятельств каждого конкретного дела (форма и содержание деятельности или информации, их адресаты и целевая направленность, общественно-политический контекст, наличие реальной угрозы, обусловленной в том числе призывами к противоправным посягательствам на конституционно охраняемые ценности, обоснованием или оправданием их совершения, и т.п.); ограничение посредством антиэкстремистского законодательства свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации не должно иметь места в отношении какой-либо деятельности или информации на том лишь основании, что они не укладываются в общепринятые представления, не согласуются с устоявшимися традиционными взглядами и мнениями, вступают в противоречие с морально-нравственными и (или) религиозными предпочтениями, иное означало бы отступление от конституционного требования необходимости, соразмерности и справедливости ограничений прав и свобод человека и гражданина, которое, по смыслу правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений, сохраняющих свою силу, обращено, как это вытекает из статей 18, 19 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не только к законодателю, но и к правоприменителям, в том числе судам (Постановление от 14 февраля 2013 года № 4-П; определения от 2 апреля 2009 года N 484-О-П, от 5 марта 2013 года № 323-О и др.)».
  3. Более того, в Определении от 16.07.2015 г. № 1787-О Конституционный Суд РФ указал, что такую проверку по материалам Свидетелей Иеговы должны осуществлять суды общей юрисдикции. Фактически же ни один материал Свидетелей Иеговы, признанный экстремистским, не прошел указанной проверки. При этом Минюст России, участвовавший в большинстве таких дел, не предпринял должных мер, чтобы такая проверка была произведена.
  4. Пленум Верховного Суда РФ в п. п. 7, 8 Постановления «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» от 26.06.2011 г. № 11 разъяснил, что под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, следует понимать, в частности, высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии и других групп лиц. Критика религиозных объединений, религиозных убеждений, религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды. Не является возбуждением ненависти либо вражды, а равно унижением человеческого достоинства высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не преследующих цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.
  5. Указанное постановление также содержит отсылку на Шанхайскую конвенцию о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15.06.2001 г., определяющее экстремизм как деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организацию в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них, преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством.
  6. В этом отношении Свидетели Иеговы известны по всему миру своим мирным настроем. Даже их наиболее критично настроенные противники не могут отрицать их нейтральную позицию в политических и военных делах, которая стоила им тысяч жизней в военных конфликтах на протяжении XX в.
  7. Как ясно изложено Европейским Судом по правам человека: «Хорошо известен тот факт, что Свидетели Иеговы являются религиозной группой, придерживающейся пацифизма» (среди прочего, § 42 Постановления Большой палаты Европейского Суда по делу «Флимменос (Thlimmenos) против Греции»). «Это религиозная группа, которая давно действует в мире, которая к тому же давно действует в данной стране и поэтому хорошо известна компетентным органам власти» (§ 98 Постановления Европейского Суда по делу «Религиозное общество Свидетелей Иеговы и другие (Religionsgemeinschaft der Zeugen Jehovas and Others) против Австрии»). Их члены «придерживаются всестороннего свода правил поведения, охватывающего многие аспекты повседневной жизни» (в деле «N. против Швеции» (N. v. Sweden), жалоба № 10410/83, Решения и доклады 40 (Decisions and Reports 40) (1985), 203 (207)). «Свидетели Иеговы [являются] религиозной группой, чьи верования включают в себя убеждение о неприемлемости службы в военных структурах, даже если такая служба не связана с ношением оружия». Ввиду этого у Европейского Суда нет оснований сомневаться, что отказ заявителя от военной службы был продиктован его глубокими религиозными убеждениями, которые находились в состоянии серьезного и непреодолимого конфликта с его обязанностью в этом отношении» (см. § 111 Постановления Большой палаты Европейского Суда по делу «Баятян (Bayatyan) [против Армении]», жалоба № 23459/03, ECHR 2011).
  8. Власти не могут проигнорировать эти факты о Свидетелях Иеговы, деятельность которых им известна на протяжении десятков лет. Таким образом, они намеренно неправильно применили понятие экстремизма по отношению к Свидетелям Иеговы, игнорируя это ясное определение.
  9. Что касается их публикаций, власти ни разу не утверждали или доказали, что в текстах Свидетелей Иеговы содержалась хоть одна идея или весть о насилии, что они когда-либо прибегали к насильственному поведению. На самом деле, решения федеральных судов о признании экстремистскими публикаций Свидетелей Иеговы не следуют указанным выше разъяснениям. В то же время Минюст России не обжаловал ни одно из этих решений по указанному мотиву.
  10. В то время как ст. 3.1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 25.07.2002 г. № 114-ФЗ закрепляет, что Библия, Коран, Танах и Ганджур, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами, однако в отношении изданий Свидетелей Иеговы, признавая их экстремистскими, суды игнорировали то, что фактически ими дана оценка содержанию Библии и цитатам из нее. Игнорирует это и Минюст России.

в) Доказательства, основанные на произвольном характере поведения (действий и бездействия) Минюста России

  1. В Постановлении от 14.06.2016 г. по делу «Мерабишвили (Merabishvili) против Грузии» (жалоба № 72508/13) Европейский Суд по правам человека признал, что когда государственные власти недвусмысленно сопротивляются неоднократным призывам заявителя, общественности и даже некоторых высокопоставленных государственных служащих об объективном и тщательном расследовании, можно утверждать, что применяемые к заявителю меры являются не средством правомерного реагирования на его поведение, но средством политического преследования. Аналогичные обстоятельства имеются и в настоящем деле.
  2. Оспариваемое бездействие заключается в том, что Минюст России не предпринял мер, чтобы доказать абсурдность обвинения Свидетелей Иеговы в экстремистской деятельности, поскольку вероучению этой религии противны геноцид, массовые репрессии, депортации, противоправные действия и насилие в отношении любых людей. Тем более, этот орган государственной власти, не предпринял мер для осуществления объективного и тщательного расследования фактов фальсификации доказательств, путем подброса публикаций, включенных экстремистскими, отдельным верующим, в места проведения богослужений верующих, а также путем заведомо ложных показаний лиц, обвинявших верующих в распространении публикаций, включенных в федеральный список экстремистских материалов.
  3. Первоначальное административное исковое заявление Минюста России мотивировано прежде всего фактами признания изданий Свидетелей Иеговы экстремистскими материалами и признания экстремистскими организациями местных религиозных организаций Свидетелей Иеговы. Минюст России ставит в вину Религиозной организации эти обстоятельства. Однако он не указывает на то, что с самого начала именно Минюст России через его территориальные органы совместно с органами прокуратуры Российской Федерации, стояли как за решением об отказе Религиозной организации в возможности участвовать в соответствующих делах, так и за решением судов, постановивших итоговые решения по делу.
  4. Первым решением федерального суда о признании экстремистскими изданий Свидетелей Иеговы и о ликвидации местной религиозной организации Свидетелей Иеговы стало Решение Ростовского областного суда от 11.09.2009 г. по делу № 3-1/2009, оставленное без изменения Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 08.12.2009 г. № 41-Г09-29. К участию в деле в качестве заинтересованного лица был привлечен в том числе Минюст России в лице территориального органа – Главное управление Министерства юстиции Российской Федерации по Ростовской области. Минюст России не требовал привлечения к участию в деле Религиозной организации и не обжаловал судебные постановления по мотиву, что право Религиозной организации на защиту было нарушено. Представитель Минюста России поддержал заявленные прокурором требования, несмотря на то, что признаки экстремизма так, как их определили Конституционный Суд РФ и Пленум Верховного Суда РФ, отсутствовали как в деятельности Местной религиозной организации Свидетелей Иеговы «Таганрог», так и в исследованной литературе. Более того, в том, что было постановлено именно такое решение суда, Минюст России сыграл выдающуюся роль.

– Предвзятое поведение Минюста при производстве заключений экспертов

  1. В силу пп. 31 п. 7 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации Минюст России осуществляет организационное и методическое руководство деятельностью судебно-экспертных учреждений Минюста России. Исследование одной и той же литературы Свидетелей Иеговы одновременно с рассмотрением дела № 3-1/2009 Ростовским областным судом осуществлялось в четырех судебно-экспертных учреждениях Минюста России. Однако на тот момент Минюст России не обеспечил эти учреждения единой методикой исследования текстов на предмет наличия в них высказываний, экстремистской направленности, и не обеспечил, чтобы эти исследования производились на объективной, строго научной основе, обеспечивающей единство результата.
  2. На крайне высоком уровне с привлечением ведущих экспертов и ученых, стаж которых достигал 55 лет, исследование книги «Человечество в поисках Бога» было произведено Государственным учреждением Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации в период с 19.06.2009 г. по 25.02.2010 г. на основании определения от 01.01.2009 г. Самарского областного суда Заключение комиссии экспертов № 2015/23-2, 2757/24-2 от 25.02.2010 г., насчитывающее 33 листа подробного исследования книги, не оставляло никакого сомнения об отсутствии в ней экстремистской направленности.
  3. С 13.05.2009 г. по 25.06.2009 г. на основании постановления от 22.04.2009 г. старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Свердловской области издания Свидетелей Иеговы были исследованы в Уральском региональном центре судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации с участием экспертов и ученых, имеющих профессиональный стаж до 45 лет. Заключение экспертов по материалам уголовного дела № 4213 от 25.06.2009 г. № 745, 746, 747/06-1 также не выявило в исследованной литературе признаков экстремизма.
  4. Со 02.10.2009 г. по 22.12.2009 г. повторная экспертиза по указанному уголовному делу было проведено в Государственном учреждении Брянской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации. Заключение эксперта по уголовному делу № 4213 от 22.12.2009 г. № 1814/8-1/2, № 330 снова позитивно оценило издания Свидетелей Иеговы.
  5. Однако в противоречие этим выводам Государственное учреждение Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации составило Заключение экспертов от 15.07.2009 г. № 5679/12.1-4, 6101/09-2. В указанном заключении эксперты высказали свои суждения по вопросу, сформулированному судом: «Содержит ли представленная (согласно списку) литература признаки возбуждения религиозной розни (подрыв уважения и неприязнь к другим религиям); признаки пропаганды исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его религиозной принадлежности или отношения к религии?» Вместо того, чтобы прямо указать, что вопрос поставлен некорректно, поэтому на него ответить невозможно, что религиозная рознь не является синонимом подрыва уважения и неприязни к другим религиям (например, критике), эксперты сосредоточились просто на отыскании критических высказываний в литературе. Объем исследования каждой публикации составил при этом около 2 страниц, что явно ставит под сомнение его качество.
  6. Минюст России не предпринял мер, чтобы подчиненные ему организации по одной и той же литературе давали одинаковые заключения, не представил ни Ростовскому областному суду, ни вышестоящим судебным инстанциям сведения о неполноте проведенного исследования его Южным региональным центром судебной экспертизы, не обосновал необходимость проведения повторной экспертизы и не настоял на ее проведении. В итоге соответствующие дела были просто прекращены, а судам не было представлено возможности оценить имеющиеся доказательства направленности литературы Свидетелей Иеговы в их совокупности.
  7. И подобные примеры видны практически по всем делам о признании экстремистской литературы Свидетелей Иеговы. Более того, имея квалифицированных экспертов, а значит, обладая технической возможностью исследования текстов Свидетелей Иеговы на должном уровне, Минюст России не предпринял никаких мер для защиты Свидетелей Иеговы. Он бездействовал в том, чтобы встать на защиту прав верующих на использование религиозной литературы Свидетелей Иеговы.
  8. Ни когда Первомайский районный суд г. Краснодара решением от 22.04.2011 г. признал экстремистской журнал «Сторожевая башня» от 15.08.2007 г., ни когда Серовский районный суд Свердловской области решением от 19.02.2016 г. признал экстремистской брошюру «На самом ли деле Бог заботится о нас?», Минюст России не обжаловал эти судебные постановления. Хотя он участвовал в деле № 3-1/2009, по которому Решением Ростовского областного суда от 11.09.2009 г. было отказано в признании экстремистскими и брошюры «На самом ли деле Бог заботится о нас?», и журнала «Сторожевая башня» от 15.08.2007 г. и ряда других публикаций.

– Предвзятое поведение Минюста при рассмотрении судебных дел на основе фальсификации доказательств

  1. Минюст России участвовал по, очевидно, имеющим политические мотивы делам о ликвидации местных религиозных организаций Свидетелей Иеговы, в ходе слушаний по которым верующие заявляли о фактах фальсификации доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности сотрудниками правоохранительных органов, в том числе путем подброса верующим публикаций, включенных в федеральный список экстремистских материалов. В дальнейшем с 08.02.2017 г. по 27.02.2017 г. Минюст России проводил проверку Религиозной организации, в ходе которой ему также были представлены сведения о фактах фальсификации. Однако наделенный правом запрашивать сведения в ходе межведомственного взаимодействия Минюст России не предпринял мер для того, чтобы эти факты были проверены уполномоченными лицами, и чтобы результаты этого были учтены в ходе проверки.
  2. Проигнорировал Минюст России и массово распространяемые в сети Интернет видеозаписи с камер наружного наблюдения того, как сотрудники правоохранительных органов и иные лица подбрасывают в места проведения богослужений Свидетелей Иеговы публикации, включенные в федеральный список экстремистских материалов.
  3. Таким образом, обладая достоверными фактами, что ни Религиозная организация, ни верующие Свидетели Иеговы не совершают активных действий экстремистской направленности, что решения судов о признании литературы Свидетелей Иеговы экстремистской проистекают из подбора экспертов, не имеющих необходимых навыков исследования и изложения его результатов, что решения судов о ликвидации местных религиозных организаций Свидетелей Иеговы основаны на сфальсифицированных доказательствах, Минюст России не только не предпринял мер для защиты Религиозной организации и верующих, но продолжил совершать действия, направленные на ликвидацию Религиозной организации и признание ее экстремистской.
  4. Такое поведение оправдывает предъявление встречного административного искового заявления со стороны Управленческого центра. Политические репрессии, поддерживаемые действиями и бездействием Минюста России, ясно указывают на то, что абсурдное обвинение в экстремистской деятельности не является причиной, по которой Свидетели Иеговы стали мишенью преследований. Такое религиозное преследование путем произвольных и унижающих достоинство репрессий нарушает ст. 18 Конвенции, взятую совместно со ст. ст. 9 и 6 Конвенции.

Права и свободы и законные интересы административного истца, которые нарушаются оспариваемыми действиями (бездействием)

III. Нарушение прав административного истца, защищаемых нормами законодательства Российской Федерации

  1. Поскольку обжалуемые действия направлены на ликвидацию Религиозной организации и полный запрет ее деятельности под страхом уголовного преследования, при уклонении совершения действий, направленных на объективное изучение мирной деятельности Религиозной организации, такие действия (бездействие) нарушают права, свободы и законные интересы Религиозной организации и ее участников, в том числе право на свободу совести, свободу вероисповедания и свободу объединения, на неприкосновенность собственности. Также оспариваемые действия (бездействие) не соответствуют указанным ниже положениям нормативно-правовых актов Российской Федерации.
  2. На основании ст. 28 Конституции РФ каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.
  3. В то же время ч. 1 ст. 30 Конституции РФ гарантирует каждому право на объединение, что в совокупности с правом на свободу вероисповедания в коллективном аспекте гарантирует право верующих на объединение, путем учреждения религиозных объединений и участия в их деятельности.
  4. Также ст. 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» предусматривает конфискацию оставшегося после удовлетворения кредиторов имущества признанной экстремистской религиозной организации. Но применение подобной меры к законопослушной Религиозной организации нарушает ее право, гарантированное ст. 35 Конституции РФ.
  5. Более того, обвинение Религиозной организации в осуществлении экстремистской деятельности умаляет ее добропорядочную репутацию и достоинство ее участников, в то время как достоинство личности охраняется в силу ст. 21 Конституции РФ.
  6. В то время как ст. 12 Закона РСФСР от 18.10.1991 г. № 1761-1, закрепляет, что реабилитированные лица восстанавливаются в утраченных ими в связи с репрессиями социально-политических и гражданских правах, а статья 16.1 указанного закона закрепляет, что реабилитированным лицам возвращается конфискованное, изъятое и вышедшее иным путем из их владения в связи с репрессиями имущество, либо возмещается его стоимость, либо выплачиваются денежные компенсации, оспариваемые действия не только не содействуют реабилитации Религиозной организации путем снятия обвинений в экстремизме, но по сути продолжают в отношении ее и верующих политические репрессии.
  7. Более того, экстремистская деятельность предполагает совершение активных действий, целью которых является возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, подрыв безопасности Российской Федерации и другие цели, указанные в ст. 1 Закона № 114-ФЗ[4]. Поэтому меры ликвидации и признания экстремистскими, закрепленные в ст. 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», могут применяться только к таким религиозным объединениям, сама деятельность которых не может продолжаться, поэтому эта деятельность подлежит прекращению. Но поскольку такой деятельностью Религиозная организация не занималась, Минюст России не имел право предпринимать действия, направленные на ее ликвидацию.
  8. Конституция РФ в статьях 46, 52, 123 гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод при осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, доступ потерпевшим к правосудию и защиту потерпевшим от преступлений, а значит, в том числе и от лжесвидетельства в суде и фальсификации доказательств, от злоупотреблений властью.
  9. Религиозная организация, а также верующие последовательно занимали позицию о том, что они стали жертвой заведомо ложных или просто некомпетентных заключений экспертов, показаний специалистов, фальсифицированных доказательств и заведомо ложных показаний свидетелей. Но уполномоченными органами не было предпринято каких-либо мер для проверки этих обстоятельств, не было возбуждено ни одного уголовного дела и ни одно лицо, виновное в подлоге, не привлечено к надлежащей ответственности. Занимаемая Минюстом России позиция, что донос сам по себе, даже без какой-либо проверки, является основанием преследования жертвы доноса, и что утверждение о фальсификации доказательств должно быть доказано самой жертвой преступления, нарушает основы конституционного строя России. Такая практика была характерна для времен политических репрессий, когда составление необоснованных доносов и крайне суровое преследование пострадавших от такого доносительства были неотъемлемой чертой советской правовой политики. Но она недопустима в демократическом правовом государстве, которым является Российская Федерация (ст. 1 Конституции РФ).
  10. Закрепленные ст. ст. 46, 49, 50, 123 Конституции РФ требования о справедливом судопроизводстве, гарантирующем судебную проверку решений и действий органов государственной власти и судебную защиту прав и свобод человека, осуществляемую на основе состязательности и равноправия сторон с учетом презумпции невиновности и недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона, а также общие требования, предъявляемые к любым процессуальным решениям, которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными, закрепляют, что правоприменительные решения могут быть вынесены только после рассмотрения и опровержения доводов, выдвигаемых стороной защиты; не опровергнутые же доводы против обвинения могут толковаться только в пользу обвиняемого. Отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты создает преимущества для стороны обвинения, искажает содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать подтверждающие эти сомнения данные.
  11. Конституция РФ, в частности ее статьи 21, 33, 45, требует рассматривать гражданина не как объект государственной деятельности, а как равноправного субъекта, могущего защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов, предполагает не только право подать в соответствующий государственный орган или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, но и право получить на это обращение адекватный ответ.
  12. Отсутствие реальной проверки заявлений верующих о даче заведомо ложных показаний, о фальсификации доказательств, сопровождаемое репрессивными мерами в отношении Религиозной организации противоречит указанным выше конституционным положениям.

IV. Нарушение прав административного истца, защищаемых нормами международного права

  1. В силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, ч. 4 ст. 15 КАС РФ, ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» при рассмотрении настоящего дела подлежат применению соответствующие нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) и постановления Европейского Суда по правам человека, в которых даны соответствующие толкования Конвенции[5]. Соответствующие нормы Международного пакта ООН о гражданских и политических правах (МПГПП) также должны быть учтены.
  2. В результате совершения оспариваемых действий, направленных на ликвидацию Религиозной организации и признании ее экстремистскими, при отсутствии проверки доводов Религиозной организации об отсутствии в ее действиях признаков экстремистской деятельности, были нарушены:

    – права Религиозной организации на свободу религии, слова и объединения, гарантированные ст. ст. 9, 10, 11 Конвенции и ст. ст. 18, 19, 21, 22 и 27 МПГПП;

    – запрет бесчеловечного или унижающего достоинства обращения, предусмотренный ст. 3 Конвенции и ст. 7 МПГПП;

    – права Религиозной организации на неприкосновенность собственности, гарантированного ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции;

    – права Религиозной организации на справедливое судебное разбирательство, гарантированного ст. 6 Конвенции и ст. 14 МПГПП;

    – запрет дискриминации, предусмотренный ст. 14 Конвенции, взятой совместно со ст. ст. 3, 9, 10, 11 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к ней и ст. 26 МПГПП, взятой совместно со ст. ст. 7, 18, 19, 21, 22 МПГПП;

    – запрет политически мотивированного преследования, вытекающий из ст. 18 Конвенции, взятой совместно со ст. ст. 9 и 6 Конвенции.

    а) Нарушение права на свободу религии, слова и объединения, гарантированного ст. ст. 9, 10, 11 Конвенции

  3. Поскольку целью оспариваемых действий является ликвидация Религиозной организации, в настоящем деле необходимо учитывать следующие разъяснения содержания статей 9, 10, 11 Конвенции, данных Европейским Судом:

    – «В соответствии со статьей 9 Европейской конвенции свобода мысли, совести и религии является одной из основ "демократического общества"», благодаря ей имеется основа многообразия (плюрализма), неотделимого от демократического общества[6];

    – «Обязанность государства по сохранению нейтралитета и беспристрастности несовместима с любыми из его полномочий по оценке легитимности религиозных убеждений»[7];

    – «Религиозная свобода… предусматривает… свободу "исповедовать [свою] религию" индивидуально, частным порядком или сообща с другими, публичным порядком или в кругу соверующих. …Поскольку религиозные общины традиционно существуют в форме организованных структур, необходимо толковать статью 9 Конвенции в свете статьи 11 Конвенции, которая предусматривает гарантии против необоснованного вмешательства со стороны государства в деятельность объединений. Если рассматривать право верующих на свободу религии, которое включает в себя право исповедовать свою религию совместно с другими, с данной точки зрения, то оно включает ожидание, что верующим будет позволено свободно собираться, без произвольного вмешательства со стороны государства[8];

    – «Свобода выражения мнения составляет одну из основ демократического общества и одно из главных условий для его прогресса. С учетом положений пункта 2 статьи 10 она распространяется не только на "информацию" или "идеи", которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или нейтральными, но также на оскорбляющие, шокирующие или причиняющие беспокойство. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых невозможно "демократическое общество"»[9].

  4. Таким образом, вмешательство государства затрагивает права Религиозной организации, установленные ст. 9, 10, 11 Конвенции, и такое вмешательство не будет являться нарушением Конвенции, только если оно было «предусмотрено законом», преследовало одну или более легитимных целей, сформулированных в п. 2 данных статей, и было «необходимо в демократическом обществе» для достижения этих целей[10]. Но в настоящем деле это не так.

- вмешательство не предусмотрено законом

  1. Условие «предусмотрено законом» удовлетворяется в тех случаях, когда человек может узнать из формулировки соответствующего положения и, в случае необходимости, с помощью толкования предоставленного судом, какие действия и какие упущения налагают на него ответственность»[11]. Таким образом, для анализа термина «закон», Европейский Суд выделяет такие качественные требования, как доступность и предсказуемость[12].
  2. Формально ограничение прав Религиозной организации было действительно основано на ст. 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», требование о доступности которого является соблюденным в силу опубликования[13].
  3. Однако применение к Религиозной организации указанной статьи не отвечало требованию предсказуемости. Закон не позволяет выносить предупреждение религиозной организации вследствие подложных доказательств и ошибочных экспертных заключений. Применение данной нормы к Религиозной организации непредсказуемо еще и потому, что совершенно не ясно, как от фальсификаций должна защищаться Религиозная организация в случаях, когда правоохранительные органы игнорируют свою обязанность по проверке поступивших заявлений и защите граждан от заведомо ложных обвинений, а суды исключают Религиозную организацию из процесса, в ходе которого исследуется соответствующая литература.
  4. Таким образом, нарушение прав Религиозной организации, предусмотренное ст. 9, 10, 11 Конвенции, не было предусмотрено законом.

- вмешательство не преследовало легитимной цели

  1. Оспариваемые действия преследовали цель прекращения деятельности религиозной организации Свидетелей Иеговы в России. Но как отмечает Европейский суд, «всеобъемлющий запрет деятельности религиозной общины, принадлежащей к известной христианской религии, является чрезвычайным событием»[14]. Такая цель сама по себе не является легитимной.

- вмешательство не являлось необходимым в демократическом обществе

  1. Для разрешения вопроса о необходимости ограничений в демократическом обществе следует помнить о следующих принципах толкования Конвенции Европейским Судом:

    – При разрешении вопроса о необходимости ограничения суд должен «учитывать необходимость защищать права и свободы других лиц, поддерживать общественный порядок и обеспечивать общественную безопасность и религиозный плюрализм, имеющие первостепенное значение для демократического общества»[15];

    – «С момента своего возникновения в конце девятнадцатого века Свидетели Иеговы появились и активно действуют во многих странах мира, в т.ч. во всех европейских странах, являющихся членами Совета Европы. В этих странах им было предоставлено разрешение исповедовать свою религию сообща с другими»[16];

    – «Обязанность государства по сохранению нейтралитета и беспристрастности не позволяет ему оценивать легитимность религиозных убеждений или способов их выражения». «В соответствии с Европейской конвенцией государство не наделено правом выносить решение о том, каким верованиям можно обучать, а каким нет, поскольку гарантированное Европейской конвенцией право на свободу религии исключает какую-либо свободу действий со стороны государства по определению легитимности религиозных верований или средств, используемых для их выражения»[17].

  2. Религиозная организация, действуя длительное время, не нарушала общественный порядок, общественную безопасность в России. Ее действия не нанесли ущерба религиозному плюрализму в России, где продолжают действовать религиозные объединения других вероисповеданий. Поэтому Минюсту России было необходимо обладать вескими и неоспоримыми доказательствами причастности Религиозной организации к нарушению закона, а не относится к ней с предубеждением.
  3. С учетом же фактических обстоятельств надлежит признать, что настоятельная необходимость пресечения деятельности Религиозной организации отсутствует.
  4. Хотя Минюст России утверждает, что необходимость ограничения прав Религиозной организации вызвана наличием в литературе высказываний, направленных на возбуждение религиозной розни, пропаганду религиозной исключительности и превосходства, все такие обвинения голословны и совершенно не учитывают правовые позиции Европейского Суда по делам о возбуждении вражды либо ненависти.
  5. Европейский Суд признает бесспорными проявлениями возбуждения вражды и ненависти подстрекательство к насилию, то есть осуществление высказываний, имеющих четкое намерение подтолкнуть людей к развязыванию конфликта, призывы к кровавой мести, доведение до читателя мысли, что использование насилия является необходимой и оправданной мерой, высказывание открытых угроз физического насилия. Такие проявления характеризуются полными ненависти заявлениями и восхвалением насилия[18].
  6. Но в признанных экстремистскими материалах не имелось ничего, что бы так или иначе содержало «призывы к насилию». В своем ответе в Европейский Суд по правам человека от 20.10.2014 г. Минюст России признал, что оспариваемая религиозная литература Свидетелей Иеговы «не содержит открытых призывов к насилию или к разжиганию насилия» (п. 41 Меморандума по жалобе № 44285/10).
  7. Рассмотрение современных институтов как «нечестивых», то есть как не соответствующих религиозным предписаниям, не свидетельствует о религиозной нетерпимости и не является возбуждением ненависти либо вражды[19]. Пояснения и критика учений других религий вполне приемлемы и гарантируются правом на свободу выражения мнения[20]. Различные религиозные термины, вызвавшие сомнения у судов, относятся к религиозному жанру[21] и являются прямым цитированием Библии, однако этого совершенно не учли суды, признавшие публикации экстремистскими. Также Европейский Суд указал на необходимость учитывать, как реагировала аудитория на высказывания[22]. Но суды не учли, что публикации Свидетелей Иеговы не привели ни к массовым беспорядкам, ни к актам насилия или иной противоправной деятельности, литература не вызывает у читателей агрессии и негативных эмоций.
  8. Европейский Суд обратил внимание на необходимость национальным судам указывать в мотивировочной части своих постановлений отрывки текстов, на которых они обосновывают выводы об их направленности[23], и выразил готовность отнестись особо внимательно к тем частям текста, которые, по мнению национальных судов, могут быть истолкованы как подстрекающие к насилию и разжигающие ненависть[24]. Решения судов о признании публикаций Свидетелей Иеговы экстремистскими не удовлетворяют этим критериям.

– вмешательство несоразмерно

  1. Совершение действий, направленных на ликвидацию Религиозной организации, является несоответствующей мерой поскольку:

    – такие действия являются радикальной мерой, поскольку они направлены на полную ликвидацию Религиозной организации миролюбивой религии Свидетелей Иеговы;

    – они совершаются без учета ситуации и непричастности Религиозной организации к совершению активных действий экстремистского характера.

  2. С учетом всего вышеизложенного, можно утверждать, что имело место нарушение права на свободу религии, слова и объединения, гарантированного Религиозной организации ст. ст. 9, 10, 11 Конвенции.

б) Нарушение запрета бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, гарантированного ст. 3 Конвенции

  1. Согласно ст. 21 Конституции РФ и ст. 3 Конвенции никто не должен подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
  2. Европейский Суд указал на то, что обращение становится унижающим достоинство, если оно возбуждает в жертвах чувства страха, тревоги и неполноценности, способные унизить их достоинство (Постановление по делу «Кудла против Польши»[25]). Неприменение государством более ранних решений Европейского Суда может составлять унижающее достоинство обращение[26]. В особом мнении по делу «Фети Демиртас против Турции»[27] был сделан вывод о том, что в случаях, когда физическое лицо или религиозная группа подвергается дискриминации и пристрастному обращению по причине своих религиозных убеждений, такое обращение само по себе составляет бесчеловечное и унижающее достоинство обращение.
  3. Обвинение Религиозной организации в экстремистской деятельности, приравнивает мирную деятельность верующих граждан к серьезному правонарушению. Угроза уголовного преследования сотрудников Религиозной организации и всех верующих Свидетелей Иеговы в России, бесспорно, вызывает в них чувство страха, тревоги и неполноценности, боязнь продолжать исповедовать свою религию. Поэтому Минюст России подверг сотрудников Религиозной организации и иных верующих Свидетелей Иеговы бесчеловечному и унижающему достоинство обращению.

в) Нарушение права на неприкосновенность собственности, гарантированного ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции

  1. Поскольку ликвидация Религиозной организации может привести к изъятию ее собственности, и такой ущерб для верующих будет значительным, оспариваемые действия нарушают права, гарантированные ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

г) Нарушение права на справедливое судебное разбирательство, гарантированного ст. 6 Конвенции

  1. Согласно ст. 6 Конвенции каждый, в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, имея при этом права: быть незамедлительно и подробно уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения; иметь достаточное время и возможности для своей защиты; право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.
  2. В отношении «права на суд» Европейский суд неоднократно указывал:

    «...Право на доступ к правосудию, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Европейской конвенции, не является абсолютным и может быть ограничено. Однако эти ограничения допускаются косвенно, так как право на доступ к правосудию по своему характеру требует государственного регулирования. В этом отношении Договаривающиеся государства пользуются определенными пределами усмотрения, хотя окончательное решение относительно соблюдения требований Европейской конвенции принимается Европейским судом. При этом должно быть обеспечено, чтобы применяемые требования не ограничивали и не уменьшали доступ частного лица к правосудию таким образом и в таких пределах, что будет нарушена сама суть права. Кроме того, ограничение не соответствует пункту 1 статьи 6 Европейской конвенции, если оно не преследует законную цель и если отсутствует разумная соразмерная связь между использованными средствами и преследуемой целью»[28].

  3. Однако Религиозной организации не было позволено доказывать, что религиозная литература и иные материалы Свидетелей Иеговы не являются экстремистскими. Подавляющее большинство решений о признании публикаций Свидетелей Иеговы экстремистскими и все решения о ликвидации местных религиозных организаций Свидетелей Иеговы экстремистскими, что поставлено в вину Религиозной организации, приняты без участия Религиозной организации. Обстоятельства фальсификации доказательств не исследовались судами надлежащим образом.
  4. Следовательно, права Религиозной организации на справедливое судебное разбирательство, гарантированные ст. 6 Конвенции, были нарушены.

д) Нарушение права на равный подход и запрета дискриминации, гарантированных ст. 14 Конвенции, взятой совместно со ст. ст. 3, 9, 10, 11 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к ней

  1. Слову «дискриминация» Европейский Суд установил два основных значения. Во-первых, это может означать особый подход к лицам, находившимся в аналогичных ситуациях, без какого-либо на то объективного основания[29]. Во-вторых, дискриминация может также быть, когда государство без объективного и разумного основания не применяет разный подход к лицам, чьи обстоятельства значительно отличаются[30]. Дискриминация проявляется и тогда, когда разница в подходе к разбирательству обусловлена религией, что является нарушением ст. 14 Конвенции в сочетании с другими гарантированными правами[31].
  2. Необходимость ликвидация Религиозной организации обусловлена исключительно принадлежностью Религиозной организации к конфессии Свидетелей Иеговы. Она не связано с тем, какую деятельность на самом деле осуществляла Религиозная организация.
  3. Во-первых, известно, что в России члены других христианских течений, особенно, если они принадлежат к религии большинства, не сталкиваются с таким нарушением прав. Например, нет ни одного случая ликвидации и признания экстремистской религиозной организации Русской Православной церкви Московского Патриархата вследствие простого голословного обвинения от лица, исповедующего другую религию, либо фальсифицированных доказательств. Но в отношении Свидетелей Иеговы Минюст России пытается применить такой подход. Следовательно, к Религиозной организации проявлена дискриминация на основании религии.
  4. Во-вторых, Минюст России отнесся к Религиозной организации также как к группе опасных преступников или террористов, в то время как обстоятельства Религиозной организации существенно отличаются от поведения тех лиц, которые стремятся к возбуждению вражды, ненависти и унижению человеческого достоинства.
  5. Все, кто знаком со Свидетелями Иеговы, знают, что они ведут себя мирно и проявляют любовь, и даже учат любить своих противников. Поэтому Европейский Суд при разбирательстве многих дел, повторяет, что Свидетели Иеговы – мирные люди[32]; это религиозная группа, которая давно действует в мире, которая к тому же давно действует в данной стране и поэтому хорошо известна компетентным органам власти[33]; Европейский суд отметил, Свидетели Иеговы принадлежат к известной христианской религии и «с момента своего возникновения в конце девятнадцатого века Свидетели Иеговы появились и активно действуют во многих странах мира, в т.ч. во всех европейских странах, являющихся членами Совета Европы». После распада Советского Союза и перехода России к демократии Свидетели Иеговы могли законно исповедовать свою религию и зарегистрировали свои религиозные организации на федеральном уровне и в субъектах Российской Федерации[34], и члены этой религии твердо придерживаются правил поведения, которые охватывают многие области повседневной жизни, в том числе неприемлемости насилия[35].
  6. Таким образом, оспариваемые действия нарушили запрет дискриминации граждан по религиозному признаку.

е) Нарушение запрета политически мотивированного преследования, вытекающего из ст. 18 Конвенции, взятой совместно со ст. ст. 9 и 6 Конвенции

  1. Мотивировка преследования Свидетелей Иеговы как экстремистов была выдумана в годы СССР. Такая практика уже получила оценку как политические преследования. Тем не менее, она продолжается, в то время как многие общественные деятели высказывают возражения, утверждая, что обвинение Свидетелей Иеговы в экстремизме – это многократно повторенная ложь, не ставшая от этого правдой. Минюстом России не проведено ни одной проверки, целью которой была бы защита Религиозной организации и других Свидетелей Иеговы от обвинений в осуществлении экстремистской деятельностью.
  2. Поэтому Религиозная организация сталкивается с ограничением ее прав и свобод, гарантированных ст. ст. 3, 9, 10, 11 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к ней, исключительно по политическим мотивам, то есть для иных целей, нежели те, для которых они были предусмотрены.

На основании указанного выше, в соответствии со ст. ст. 14, 28, 30, 46, 56 (ч. 3) Конституции РФ, ст. ст. 3, 6, 9, 10, 11, 14, 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к ней, ст. ст. 7, 14, 18, 19, 21, 22, 26, 27 Международного пакта ООН о гражданских и политических правах, ст. 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», ст. ст. 1, 125, 126, 131, 218–221, 226, 227 КАС РФ,

ПРОСИМ

1. Признать незаконными действия Минюста России, направленные на ликвидацию и признание экстремистской Религиозной организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России», а также его бездействие, заключающееся в уклонении от объективной проверки отсутствия в деятельности Религиозной организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России» признаков экстремистской деятельности, как не соответствующее требованиям ст. 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», ст. ст. 1, 5, 12, 16.1 Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18.10.1991 г. № 1761-1, Указу Президента РФ «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий» от 14.03.1996 г. № 378 и нарушившее права и свободы Религиозной организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России», гарантированные ст. ст. 14, 21, 28, 30, 35 Конституции РФ, ст. ст. 3, 6, 9, 10, 11, 14, 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к ней, ст. ст. 7, 14, 18, 19, 21, 22, 26, 27 Международного пакта ООН о гражданских и политических правах, ст. ст.4, 8 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях».

2. Признать Религиозную организацию «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России» жертвой политических репрессий при обвинении ее в осуществлении экстремистской деятельности.

3. В удовлетворении требований Минюста России о ликвидации и признании экстремистской Религиозной организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России», а также местных религиозных организаций, с конфискацией их имущества, отказать полностью.

 

[1] Власть и диссиденты: из док. КГБ и ЦК КПСС. М.: «Московская Хельсинская Группа», 2006. С. 233, 237.

[2] В силу ст. 1 Закона РСФСР от 18.10.1991 г. № 1761-1 политическими репрессиями признаются различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам, в виде лишения жизни или свободы, помещения на принудительное лечение в психиатрические лечебные учреждения, выдворения из страны и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпоселение, привлечения к принудительному труду в условиях ограничения свободы, а также иное лишение или ограничение прав и свобод лиц, признававшихся социально опасными для государства или политического строя по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, осуществлявшееся по решениям судов и других органов, наделявшихся судебными функциями, либо в административном порядке органами исполнительной власти и должностными лицами и общественными организациями или их органами, наделявшимися административными полномочиями.

[3] CCPR/C/SR.3136, CCPR/C/SR.3137, CCPR/C/SR.3157.

[4] См.: Определения Верховного Суда РФ от 12.09.2006 № 51-Г06-21, от 18.03.2008 № 21-Г08-2, от 25.08.2009 № 15-Г09-10, от 06.04.2010 № 67-Г10-6, от 09.11.2010 N 20-Г10-11.

[5] См.: п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и протоколов к ней» и пп. «а» п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении».

[6] Постановления Европейского суда от 13.12.2001 г. по делу «Бессарабская Митрополитская Церковь и другие против Молдовы» (Metropolitan Church of Bessarabia and Others v. Moldova), жалоба № 45701/99, EСHR 2001-XII, § 114; от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 99.

[7] Постановления Европейского суда от 13.12.2001 г. по делу «Бессарабская Митрополитская Церковь и другие против Молдовы» (Metropolitan Church of Bessarabia and Others v. Moldova), жалоба № 45701/99, EСHR 2001-XII, § 118, 123; от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 99; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Хасан и Чауш против Болгарии» (Hasan and Chaush v. Bulgaria [GC]), по жалоба № 30985/96, ECHR 2000-XI, § 62.

[8] Постановление Европейского суда от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 99.

[9] Постановления Европейского Суда от 08.10.2009 г. по делу «Романенко и другие против Российской Федерации» (жалоба № 11751/03), § 35; от 07.12.1976 г. по делу «Хэндисайд (Handyside) против Соединенного Королевства», жалоба № 5493/72, Series A, № 24, § 49; и от 23.09.1994 г. по делу «Ерсильд (Jersild) против Дании», жалоба № 15890/89, Series A, № 298, § 37.

[10] Постановление Большой палаты Европейского суда от 13.02.2003 г. по делу «Рефах Партиси (Партия Благоденствия) и другие (Refah Partisi (the Welfare Party) and Others) против Турции», жалобы №№ 41340/98, 41342/98, 41343/98 и 41344/98, ECHR 2003‑II, § 51; Постановление Европейского Суда от 08.10.2009 г. по делу «Романенко и другие против Российской Федерации», жалоба № 11751/03, § 37.

[11] Постановление Европейского Суда по делу «Коккинакис (Kokkinakis) против Греции» от 25.05.1993 г., Series A, № 260-A, p. 22, § 52.

[12] Постановление Европейского Суда от 09.10.2008 г. по делу «Моисеев против Российской Федерации» (жалоба N 62936/00), § 233, 235; Постановление Европейского Суда от 22.11.1995 г. по делу «S.W. против Соединенного Королевства» (S.W. v. United Kingdom), Series A, № 335-B, pp. 41–42, § 35; Постановление Европейского Суда от 22.11.1995 г. по делу «C.R. против Соединенного Королевства» (C.R. v. United Kingdom), Series A, № 335-C, § 34–35 и 32–33; и Постановление Большой Палаты от 22.03.2001 г. по делу «Штрелец, Кеслер и Кренц против Германии» (Streletz, Kessler and Krenz v. Germany), жалобы № 34044/96, 35532/97, 44801/98, § 50, ECHR 2001-II.

[13] Постановление Европейского Суда от 29.03.2007 г. по делу «Андрей Фролов против Российской Федерации» (жалоба № 205/02), § 58.

[14] Постановление Европейского суда от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 155.

[15] Постановление Большой палаты Европейского суда от 10.11.2005 г. по делу «Лейла Шахин (Leyla Şahin) против Турции», жалоба № 44774/98, § 110; Постановления Европейского Суда от 25.05.1993 по делу «Коккинакис (Kokkinakis) против Греции», жалоба № 14307/88, § 31; от 26.09.1996 г. по делу «Мануссакис (Manoussakis) и другие против Греции», жалоба № 18748/91, § 44; от 24.02.1994 г. по делу «Касадо Кока (Casado Coca) против Испании», жалоба № 15450/89, § 55.

[16] Постановление Европейского суда от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 155.

[17] Постановления Европейского суда от 26.09.1996 г. по делу «Мануссакис (Manoussakis) и другие против Греции», жалоба № 18748/91, § 47; от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02, § 119, 141; Постановление Большой палаты Европейского суда от 10.11.2005 г. по делу «Лейла Шахин (Leyla Şahin) против Турции», жалоба № 44774/98, § 107.

[18] Постановления Европейского Суда от 08.07.1999 г. по делу «Шюрек (Surek) против Турции (№ 1)», жалоба № 26682/95, § 62 и от 08.07.1999 г. по делу «Шюрек (Surek) против Турции (№ 3)», жалоба № 24735/94, § 40.

[19] Постановления Европейского Суда от 04.12.2003 г. по делу «Гюндюз (Gunduz) против Турции», жалоба № 35071/97.

[20] Постановления Европейского Суда от 31.01.2006 г. по делу «Гиневски (Giniewski) против Франции», жалоба № 64016/00, § 43, 49, 51—54 и от 22.04.2010 г. по делу «Агенауэр (Haguenauer) против Франции», жалоба № 34050/05.

[21] Постановления Европейского Суда от 04.03.2003 г. по делу «Ясар Кемаль Гокчели (Yasar Kemal Gokceli) против Турции», жалобы № 27215/95, 36194/97; от 08.07.1999 г. по делу «Шюрек (Surek) против Турции (№ 4)», жалоба № 24762/94; от 08.07.1999 г. по делу «Караташ (Karatas) против Турции», жалоба № 23168/94, § 52.

[22] Постановления Европейского Суда от 03.05.2007 г. по делу «Улусой (Ulusoy) и другие против Турции», жалоба № 4260/04, § 55, 57.

[23] Постановление по делу «Сула и другие против Франции», § 43, 47.

[24] Постановление от 08.07.1999 г. по делу «Шюрек (Surek) и Ездемир (Ozdemir) против Турции», жалобы № 23927/94 и № 24277/94, § 61.

[25] Kudła v. Poland [GC], no. 30210/96, § 92, ECHR 2000-XI

[26] Молдован и другие против Румынии (Moldovan and Others v. Romania) (номер 2), номера 41138/98 и 64320/01, §§ 108-113, 2005-VII (выдержки)).

[27] Feti Demirtas v. Turkey, номер 5260/07, от 17 Января 2012 г.

[28] Постановления Большой палаты Европейского суда по делу «Уэйт и Кеннеди [против Германии]» (Waite and Kennedy [v. Germany]), § 59; по делу «Т.Р. и К.М. против Соединенного Королевства» (T.P. and K.M. v. the United Kingdom) по жалобе № 28945/95, ECHR 2001-V, § 98; по делу «Z и другие против Соединенного Королевства» (Z and Others v. the United Kingdom) по жалобе № 29392/95, ECHR 2001-V, § 93).

[29] § 51 Постановления Европейского Суда от 10.10.2006 г. по делу «Паулик (Paulik) против Словакии», жалоба № 10699/05.

[30] (§ 44 Постановления Большой Палаты Европейского Суда от 06.04.2000 г. по делу «Флимменос (Thlimmenos) против Греции», жалоба № 34369/97.

[31] § 33 Постановления Европейского Суда от 23.06.1993 г. по делу «Хофман (Hoffmann) против Австрии», жалоба № 12875/87.

[32] § 42 Постановления Большой Палаты Европейского Суда от 06.04.2000 г. по делу «Флимменос (Thlimmenos) против Греции», жалоба № 34369/97.

[33] Постановление Европейского Суда от 31.07.2008 г. по делу «Религиозное общество Свидетелей Иеговы и другие (Religionsgemeinschaft der Zeugen Jehovas and Others) против Австрии», жалоба № 40825/98.

[34] § 155, 156 Постановления Европейского Суда от 10.06.2010 г. по делу «Религиозная община Свидетелей Иеговы в г. Москве и другие против Российской Федерации», жалоба № 302/02.

[35] Решение Европейского Суда от 11.10.1984 г. по вопросу приемлемости жалобы № 10410 «Норениус (Norenius) против Швеции», D.R. 15, p. 203.