Эта страница переведена с помощью машинного перевода. Машинный перевод этой страницы отключен.

Последнее слово подсудимой Татьяны Кулаковой в Невельске

Сахалинская область

В своем обращении к суду верующая указала, почему обвинение ее в экстремизме необоснованно: «Пение песен, чтение Библии, молитвы, обсуждение с соверующими, общение с ними, как это может подорвать основы нашего государства?»

Стенограмма судебного заседания в Невельский городской суд Сахалинской области от 28.01.2022 по делу 1-36/2021 (1-150/2020) по обвинению Кулаковой Татьяны Владимировны и др. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ.

Кулакова Татьяна Владимировна:

Уважаемый суд! Вот и закончился процесс. Для начала хочу выразить свою признательность вам, Никита Александрович, и вам, Оксана Сергеевна, за ваше внимание и за то, что в суде была спокойная и уважительная мирная обстановка. Спасибо вам, что проявили сочувствие, когда заболел мой муж, дали ему возможность обследоваться и подлечиться.

Спасибо моей семье за то, что помогали, поддерживали меня; единоверцам — за их горячие молитвы обо мне с мужем!

Ваша честь, я искренне вам сочувствую в том, что вам пришлось вникать в это дело, в котором даже потерпевших нет и пытаться понять, применим ли этот размытый закон об экстремизме ко мне и к моим друзьям. Из-за применения этого закона к нам у многих людей складывается к нам такое неверное отношение, страх даже. Но также есть и много сочувствующих людей, которые возмущены тем, что несправедливо возбуждают уголовные дела на законопослушных, порядочных людей.

Очень печально, что в нашей стране этот закон применяют к мирным гражданам разных возрастов, начиная с юного возраста и заканчивая пожилыми. Среди них есть инвалиды, тяжелобольные люди, а кто-то даже умер под следствием. Очень жаль, ведь это мои единоверцы! Мне очень неприятно, что Свидетелей Иеговы поставили в один ряд с террористическими организациями.

В 2019 году к нам на обыск приехали ОМОН со следователем ФСБ. Они были с автоматами, в масках; ворвались к нам, как к опасным преступникам. Это унизительно. Соседи удивлялись, возмущались и не верили, что это к нам. Это отразилось на моем здоровье и на здоровье моего сына. У него II группа инвалидности. Несколько раз из-за стресса сын лежал в больнице — переживал за нас.

Когда меня спросили, понятна ли мне суть обвинения, вроде бы мне была понятна точка …

Загрузить полный текст